Результаты выборов по рабочей курии окончательно выяснены[116]. Из шести выборщиков – 3 ликвидатора и 3 сторонника “Правды”. Кого из них наметить в депутаты? Кого, собственно, следовало бы наметить? Дало ли на этот счет какие-либо указания собрание уполномоченных ?

Ликвидаторы провели своих сторонников потому, что они скрыли от уполномоченных свои взгляды, замазали разногласия, играя в “единство”. Их поддержали поверившие им на слово беспартийные уполномоченные, не любящие разногласий. Но как ни старались ликвидаторы замутить воду, в одном – и в самом главном – все-таки сказалась воля уполномоченных. Это вопрос о наказе. Собрание уполномоченных приняло подавляющим большинством определенный наказ депутату, наказ сторонников “Правды”.

В своем отчете о выборах “Луч”[117] умалчивает об этом, но ему не удается скрыть от читателей правду, известную всем уполномоченным. Волю уполномоченных мы не дадим ему исказить.

Наказ – это директива депутату. Наказ делает депутата. Каков наказ, таков депутат. О чем же говорит наказ, выдвинутый крупными петербургскими заводами и принятый собранием уполномоченных?

Наказ говорит прежде всего о задачах пятого года, о том, что задачи эти остались неразрешенными, что экономическое и политическое положение страны делает их разрешение неминуемым. Освобождение страны, по наказу, может быть достигнуто борьбой, борьбой на два фронта: против феодально-бюрократических пережитков, с одной стороны, и против изменнической либеральной буржуазии, с другой. Причем надежным союзником рабочих может быть лишь крестьянство. Но борьба может быть победоносна лишь при условии гегемонии (руководящей роли) пролетариата. Чем больше сознания и организованности у рабочих, тем лучше они выполнят роль вождя народа. А так как думская трибуна является при данных условиях одним из лучших средств организации и просвещения масс, то рабочие и посылают в Думу депутата с тем, чтобы он, а также вся с.-д. фракция IV Думы защищали коренные задачи пролетариата, полные и неурезанные требования страны...

Таково содержание наказа.

Нетрудно понять, что наказ этот в корне расходится с “платформой” ликвидаторов, – он целиком антиликвидаторский.

И вот вопрос: если ликвидаторы все-таки осмелятся выставить своего кандидата в депутаты, то как быть с наказом, который ведь должен проводить депутат, раз имеется об этом определенное решение съезда уполномоченных?

Антиликвидаторский наказ, проводимый ликвидатором, – дойдут ли до такого позора наши ликвидаторы?

Чувствуют ли они, что игра в “единство” загнала их в тупик?

Или, быть может, они намерены нарушить наказ, предать его забвению?

Но как быть тогда с волей уполномоченных, в защиту которой несомненно выступят рабочие Петербурга?

Осмелятся ли ликвидаторы попрать волю уполномоченных?

Они еще говорят о победе, но чувствуют ли они, что наказ нанес им смертельное поражение, подчеркнув, что депутатом может быть только антиликвидатор?

Газета “Правда” № 147, 19 октября 1912 г.

Подпись: К.Ст.

Печатается по тексту газеты