Развитие контрреволюции вступает в новую полосу. От разгромов и разрушений она переходит к закреплению занятых позиций. От разгула и бесчинств – к “законному руслу” “конституционного строительства”.

Можно и нужно победить революцию, говорят контрреволюционеры. Но этого мало. Нужно еще получить на это одобрение. Причем нужно устроить так, чтобы одобрение дал сам “народ”, “нация”, и не в Питере только или на фронте, но во всей России. Тогда победа будет прочной. Тогда добытые завоевания могут послужить почвой для будущих новых побед контрреволюции.

Но как это устроить?

Можно было бы ускорить созыв Учредительного собрания, единственного представителя всего русского народа, и испросить у него одобрения политики войны и разорения, разгромов и арестов, избиений и расстрелов.

Но на это буржуазия не пойдет. Она знает, что от Учредительного собрания, где большинство составят крестьяне, она не добьется ни признания, ни одобрения политики контрреволюции.

Поэтому она добивается (добилась уже!) отсрочки Учредительного собрания. Она, вероятно, будет и дольше отсрочивать его, с тем чтобы добиться, наконец, его полного срыва.

Но где же “выход”?

“Выход” – в подмене Учредительного собрания “Московским совещанием”.

“Выход” в том, чтобы подменить волю народа волей буржуазно-помещичьих верхов, заменив Учредительное собрание “Московским совещанием”.

Созвать совещание из купцов и промышленников, помещиков и банкиров, членов царской Думы и прирученных уже меньшевиков и эсеров, с тем чтобы, объявив это совещание “общенациональным собором”, добиться от него одобрения политики империализма и контрреволюции, переложения тягот войны на плечи рабочих и крестьян, – вот где “выход” для контрреволюции.

Контрреволюции нужен свой парламент, свой центр, и она его создает.

Контрреволюции нужно доверие “общественного мнения”, и она его создает.

В этом вся суть.

В этом отношении контрреволюция идет тем же путем, что и революция. Она учится у революции.

У революции был свой парламент, свой действительный центр, и она чувствовала себя организованной.

Теперь контрреволюция старается создать свой парламент, и она создает его в самом сердце России, в Москве, руками – ирония судьбы! – эсеров и меньшевиков.

И это в то время, когда парламент революции низведен до положения простого придатка буржуазно-империалистической контрреволюции, когда Советам и Комитетам рабочих, крестьян и солдат объявлена смертельная война!

Нетрудно понять, что при таких условиях совещание, созываемое в Москве на 12 августа, неминуемо превратится в орган заговора контрреволюции против рабочих, которым угрожают локаутами и безработицей, – против крестьян, которым “не дают” земли, – против солдат, которых лишают свободы, добытой в дни революции, – в орган заговора, прикрываемого “социалистическими фразами” эсеров и меньшевиков поддерживающих это совещание.

Отсюда задача передовых рабочих:

1) Сорвать с совещания маску народного представительства, выставив на свет его контрреволюционную противонародную сущность.

2) Разоблачать меньшевиков и эсеров, прикрывающих это совещание флагом “спасения революции” и вводящих народы России в обман.

3) Организовать массовые митинги протеста против этой контрреволюционной махинации “спасателей”... барышей помещиков и капиталистов.

Пусть знают враги революции, что рабочие не поддадутся обману, что они не выпустят из рук боевое знамя революции.

“Рабочий и Солдат” № 14,

3 августа 1917 г.

Передовая