По поводу наших статей меньшевистская газета “Лахвари” воспылала гневом, – видать, обвинение попало в цель. Это, конечно, весьма забавное зрелище... В чем дело?

Мы писали, что поворот Думы вправо нас не удивляет. Почему? Потому, что в Думе господствует либеральная буржуазия, а эта буржуазия вступает в союз с правительством и порывает с рабочими и крестьянами. Отсюда – слабость Думы. И если рабочие и революционные крестьяне не идут в хвосте антиреволюционной Думы, и если они также порывают с думским большинством, – то это значит, что у нас народ является более сознательным, чем во Франции восемнадцатого века. Отсюда – опять же слабость Думы. Так мы объясняли слабость Думы и ее поворот вправо.

Оказывается, у наших меньшевиков после этого объяснения душа ушла в пятки, и они в ужасе вопят:

“Нет, если бы объяснение большевиков было правильно, в таком случае мы вынуждены были бы махнуть рукой и сказать, что русской революции пришел конец” (см. “Лахвари” № 6).

Бедняги! Они в свою революционность верят не так крепко, как в кадетскую! Либералы предают революцию, – следовательно, революция ослабела! Рабочие и революционные крестьяне, оказывается, нуль. Горе вам, если у вас нет большей проницательности!

Они не верны даже самим себе. Вот, например, полтора года назад, в газете “Схиви”[31], те же меньшевики писали нечто другое:

“Декабрьская стачка оттолкнула буржуазию от революции и сделала ее консервативной. Дальнейшее развитие революции должно пойти против либералов. Под силу ли это революции? Это зависит от того, кто будет двигателем революции. Вождем революции и тут, разумеется, является пролетариат. Один он не в состоянии довести ее до конца, если у него не будет сильного и верного союзника, а таким союзником является единственно крестьянство” (см. “Схиви” № 12).

Да, так говорили меньшевики, пока они придерживались точки зрения социал-демократии...

Но теперь, когда они повернулись спиной к социал-демократии, они запели на иной лад и центром революции, ее спасителями объявляют либералов.

И после всего этого имеют смелость уверять нас, что кавказские меньшевики не клоуны, что они не рядятся в социал-демократические одежды, чтобы скрыть свое кадетское нутро!

“Как же случилось, – говорят меньшевики, – что в первой Думе кадеты действовали смелее, требовали ответственного перед Думой министерства и т.д.? Чем объяснить, что кадеты на второй день после разгона Думы подписались под Выборгским воззванием?

Почему они так не поступают сегодня?

На этот вопрос политическая философия большевиков ответа не дает и дать не может” (см. там же).

Напрасно утешаете себя, струсившие товарищи. Мы давно ответили на этот вопрос: нынешняя Дума более бесцветна потому, что пролетариат теперь более сознателен и сплочен, чем в период первой Думы, что и толкает либеральную буржуазию в сторону реакции. Раз и навсегда зарубите себе на носу, либеральствующие товарищи, что чем более сознательно борется пролетариат, тем более контрреволюционной становится буржуазия. Таково наше объяснение.

А как вы объясняете бесцветность второй Думы, любезные товарищи?

Вот, например, в № 4 “Лахвари” вы пишете, что в слабости Думы, в ее бесцветности виновата “несознательность и неорганизованность народа”, Первая Дума, как вы сами говорите, была более “смелой”, – следовательно, тогда народ был “сознательным и организованным”. Вторая Дума более бесцветна, – следовательно, в этом году народ является менее “сознательным и организованным”, чем в прошлом году, – следовательно, дело революции и роста сознательности народа пошло назад! Не это ли вы хотели сказать, товарищи? Не этим ли вы хотите оправдать свое тяготение к кадетам, любезные?

Горе вам и вашей путаной “логике”, если вы и впредь думаете оставаться клоунами...

Газета “Дро” (“Время”) № 29,

13 апреля 1907 г.

Статья без подписи

Перевод с грузинского