1. РЕЧЬ ПРИ ОТКРЫТИИ КОНФЕРЕНЦИИ

17 марта

Товарищи! До сих пор перед вами, коммунистами тыла и фронта Украины, стояла одна основная задача – сдержать наступающих поляков, разгромить Петлюру и прогнать Деникина. Эта задача, как признают теперь не только друзья, но и враги, выполняется с успехом.

Теперь, когда Украина освобождена от самого лютого врага революции – от армии Деникина, перед вами стоит другая не менее важная и сложная задача – задача восстановления разрушенного хозяйства Украины. Нет сомнений в том, что вы, справившиеся с Деникиным, справитесь и с разрухой, что вы сумеете приложить все силы, всю ту энергию, которой отличаются коммунисты от других партий, чтобы ослабить разруху и помочь товарищам на севере.

Есть признаки, что на севере эта задача начинает выполняться. Сводки трудовых армий говорят о том, что ремонт паровозов и вагонов растет, добыча топлива развивается и усиливается. Уральская промышленность также растет и поднимается в гору. Я не сомневаюсь, что по примеру товарищей севера вы добьетесь того же.

Коммунисты при разрешении этой задачи безусловно одержат победу, потому что в нашей партии есть спаянность, единство, преданность делу, и над всем этим наш девиз – “умереть, но довести до конца начатое”. Только благодаря дисциплине и спаянности партия успешно перебрасывает тысячи работников во все районы, во все области. Эта дисциплина и спаянность дали возможность одержать победу над империализмом и они же дают надежду, что мы одержим победу и над вторым врагом – разрухой.

2. ДОКЛАД ОБ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКЕ

19 марта

Мне придется докладывать об очередных задачах хозяйственного строительства.

Год назад, когда наша Федерация была окружена тесным кольцом войск, субсидируемых международными империалистами, Совет Обороны дал лозунг: “Все для фронта”. Это значит, что вся наша строительная работа была поставлена на рельсы снабжения, на рельсы укрепления фронта. Годичная практика показала, что Совет Обороны был прав, ибо за год лютые враги наши оказались отброшенными, – Юденич, Колчак, Деникин в основном разгромлены. Таким образом, лозунг “Все для фронта”, осуществленный на деле, дал положительные результаты.

Месяца два назад Совет Обороны дал другой лозунг: “Все для народного хозяйства”. Это значит, что необходимо перестроить всю нашу созидательную работу на новый, хозяйственный лад, необходимо все живые силы бросить на алтарь хозяйства. Однако это не значит, что военной задачи у нас не стало больше. Две попытки Антанты сразить Советскую Федеративную Россию: первая с востока, при помощи Колчака, вторая с юга, при помощи Деникина, – сорвались. Теперь, по-видимому, предполагается новый удар, с запада. Антанта не так глупа, чтобы не использовать силы польской шляхты, хотя бы для того, чтобы помешать нашей Федерации вести новую строительную работу. Кроме того, нам еще неизвестно, какие ближайшие перспективы откроются в связи с германским переворотом [83]. Как видно, запад чреват некоторыми новыми, но вполне ясными осложнениями. Поэтому нельзя сказать, что, переводя всю нашу работу на восстановление народного хозяйства, тем самым мы отворачиваемся от военных задач. Тем не менее, основной лозунг должен быть всегда основным.

Чем же вызван новый лозунг, данный Советом Обороны и Центральным Комитетом нашей партии? Это вызвано, товарищи, тем, что, оглянувшись после разгрома внешнего врага, мы увидели перед собой картину полного разрушения народного хозяйства.

Какие вопросы встают перед нами в связи с задачей восстановления разрушенного войной народного хозяйства?

Основной вопрос в восстановлении народного хозяйства – это вопрос топливный. Все империалистические войны велись из-за топлива. Все ухищрения Антанты сводились к тому, чтобы лишить нас топлива.

Существует три вида топлива: уголь, нефть, дрова.

Начнем с вопроса об угле.

В 1916 году, то есть до революции, мы добывали в месяц не менее 140-150 миллионов пудов угля и вывозили в другие районы не менее 120 миллионов пудов угля. Ныне мы добываем не больше 18 миллионов пудов угля и антрацита и вывозим не более 4-5 миллионов пудов. Картина ясная.

Второй вид топлива – нефть. Основным районом нефтяного топлива является Бакинский район. В общем, Баку в 1916 году дал около 500 миллионов пудов нефти. Грозный – до 100 миллионов, Урал (Эмба) – около 15 миллионов. Как известно, основного источника нефти – Баку, у нас нет. Насчет Грозного не стоит говорить. Не знаю, в каком виде мы получим Грозный. В смысле топливного источника – там богатейшие залежи нефти. В прошлом году там добыча доходила до двухсот миллионов пудов. Но в каком виде мы его получим, не знаю. Известно только одно, что белые основательно разрушили его.

Третий вид топлива – дрова. В общем, если перевести дрова на уголь, то в год в былые времена получали около 500 миллионов пудов. Теперь, по данным Главлескома, добыча дров не превышает 50%.

В смысле топлива, как видите, наше положение критическое.

Второй вопрос – это металлургия. Можно считать, что почти единственным источником руды, чугуна и готовых изделий у нас был и остается

Донецко-Криворожский бассейн. В 1916 году вырабатывалось в месяц не менее 16 миллионов пудов чугуна. В районе Донбасса тогда у нас работало не менее 65 доменных печей. Теперь из 65 ни одна не работает. В 1916 году мы получали с наших металлургических заводов до 14 миллионов пудов в месяц полуфабрикатов. Теперь не более 5%. В 1916 году получали в месяц готовых изделий около 12 миллионов пудов. Теперь – 2-3%. И в металлургии дело обстоит из рук вон плохо.

Третий вопрос – хлеб. Чтобы восстановить промышленность, нужно кормить рабочих. Бесхлебие – это основной недостаток и основная причина паралича нашей промышленности. До войны мы собирали на территории Федерации до 5 миллиардов пудов зерна. Из них мы вывозили более пятисот миллионов за границу. Все остальные излишки шли для внутреннего потребления. Даже в 1914 году, когда началась война, за десять месяцев при закрытых границах мы успели вывезти до трехсот миллионов пудов хлеба. Далее вывоз пал до тридцати миллионов.

Все это говорит о том, что у нас излишки имеются и должны быть. Очевидно, если поставить вопрос, есть ли объективная возможность добыть хлеб и создать тот хлебный фонд, без которого невозможно будет поднять промышленность, то можно ответить, что безусловно есть. Собрать трехсотмиллионный фонд, о котором кричат наши товарищи, для нас, с точки зрения объективной, – вполне возможное дело. Весь вопрос в том, чтобы создать гибкий аппарат, учесть настроение крестьянства, вооружиться терпением и умением и бросить на эту работу необходимые силы, хозяйственная рука которых сумеет претворить слово в дело. В этом деле я бы мог сослаться на нашу практику на Украине. Не так давно было определено, что за прошлый урожай на Украине накопилось не менее 600 миллионов пудов хлеба. При известном напряжении эти шестьсот миллионов можно было бы взять. Но наши органы продовольствия решили объявить разверстку не более чем на 160 миллионов, причем было решено, что к марту удастся собрать около 40 миллионов. Однако добиться этого не удалось. При наших расхлябанных органах, при обстановке, когда махновцы буквально охотятся на продовольственных работников, при обстановке кулацких восстаний в некоторых районах нам удалось собрать всего около двух миллионов вместо 40 миллионов.

Следующий вопрос – о сахаре. В 1916 году у нас вырабатывалось около 115 миллионов пудов сахара. Потребность выражалась в ста миллионах пудов. А нынче имеем всего около трех миллионов пудов.

Таково в настоящее время положение нашего разрушенного войной народного хозяйства.

Такое положение хозяйства Федерации, естественно, заставляет нас дать лозунг: “Все для народного хозяйства”.

Что означает этот лозунг? Он сводится к тому, чтобы вся наша агитационная и строительная работа была перестроена на новый хозяйственный лад. Теперь нам придется выдвинуть своих хозяйственных унтер-офицеров и офицеров из рабочих, которые будут учить народ борьбе с разрухой и строить новое хозяйство. Только в ходе борьбы с разрухой возможно новое строительство, а для этого нужно вырастить своих офицеров труда. Если в прошлом году мы устраивали соревнование между воинскими частями, то теперь нам придется проделать то же самое с трудящимися на предприятиях, на заводах, фабриках, железных дорогах, на шахтах. Очевидно, что к этому делу придется привлечь не только рабочих, но и крестьян и других трудящихся.

Далее придется, кроме всего сказанного, отметить еще то, чтобы местным органам хозяйства, особенно областным и районным, было предоставлено больше прав, больше самостоятельности в деле восстановления промышленности, чем это было до сих пор. До сих пор было так, что “главки” руководили работой, и только “главки”, теперь придется обратить особое внимание на места, дав им возможность, наконец, выявить ту инициативу, без которой трудно наладить хозяйство.

Следует, наконец, обратить внимание на поддержку тех организаций, которые Совет Обороны перевел с рельс военной работы на рельсы развития хозяйства. Я говорю о Советах трудовых армий. Опыт показал, что не всегда целесообразно целые части армий механически переводить на хозяйственную работу. Здесь придется наладить известное сочетание работы резервных частей с работой трудящихся в тылу.

Переходя к Украинской трудовой армии, я должен отметить, что по многим причинам она только недавно приступила к работе. Первой задачей было выяснить существующее положение, а затем поставить вопрос о необходимости проведения практических мер. То, что удалось выяснить, – представляет неприглядную картину. Особенно в тяжелом положении находится железнодорожный транспорт. Нужно отметить, что на четырех дорогах Украины – Юго-Западной, Южной, Донецкой и Екатерининской имеется не малое количество паровозов, но из них 70% больных. Это значит, что вместо 45 пар поездов, которые ежедневно отправлялись по линии Харьков – Москва, теперь нам удается отправлять всего 4-5, в крайнем случае 8 пар.

Получив все эти сведения о положении на Украине, Совтрударм предпринял ряд практических мер, из которых я должен назвать следующие:

Во-первых, в угольной промышленности провести милитаризацию труда, мобилизовав в трудовом порядке также деревенское население на предмет использования в перевозке и подвозе угля;

Во-вторых, привлечь в промышленность новые силы из рабочих, ибо нам известно, что из 250 тысяч рабочих, работавших до революции, осталось 80 тысяч. Причем для того, чтобы эти новые силы привлечь, необходимо наладить продовольствие, и в этом направлении мы принимаем ряд мер;

В-третьих, создать во главе угольной промышленности Центральное управление, а при нем санитарное управление, отдел связи, отдел снабжения, военный трибунал, политотдел.

Все это необходимо для того, чтобы поставить промышленность и транспорт Украины на должную ногу, чтобы снабжение людьми и продовольствием, врачебной помощью и политработниками сделать регулярным, чтобы шкурникам и дезертирам труда неповадно было утекать в сторону от Донецкого бассейна, чтобы насадить в промышленности и на транспорте трудовую дисциплину. Отныне председатель Донецкого губернского комитета коммунистической партии, по соглашению с ЦК РКП и ЦК Украины, объявляется вместе с тем начальником Политотдела угольной промышленности. Вся работа по распределению партийных сил и по переброске из района в район этих работников, по заданиям угольной промышленности, переходит в ведение Политотдела.

Таковы в общем те мероприятия, которые необходимо провести в жизнь для того, чтобы начать восстановление разрушенного войной народного хозяйства Федерации и двинуть его вперед по пути максимального развития.

Заканчивая свой доклад, я предлагаю вашему вниманию тезисы ЦК РКП о хозяйственном строительстве [84].

3. ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ СЛОВО ПО ДОКЛАДУ ОБ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКЕ

20 марта

Следует констатировать, что никто из делегатов не попытался противопоставить тезисам ЦК какую-либо другую резолюцию. Резолюция Харьковской конференции служит лишь добавлением к резолюциям VII съезда Советов [85], причем она не касается целого ряда вопросов, затронутых в тезисах ЦК по линии очередных задач хозяйственного строительства.

Я уже говорил, что основной задачей является теперь восстановление угольной промышленности. Ввиду этого Совет трудовой армии Украины главное свое внимание обращает на организацию управления угольной промышленности, способного наладить регулярное снабжение и насадить дисциплину в угольной промышленности.

Как вам известно, наша промышленность во всей Федерации переживает в данный момент тот период расхлябанности и партизанщины, который переживала Красная Армия полтора года тому назад. Тогда партийным центром был брошен клич подтянуться, насадить дисциплину, а партизанские части превратить в регулярные. То же самое нам нужно сделать теперь по отношению к развалившейся промышленности. Необходимо эту развалившуюся промышленность собрать и организовать, иначе мы не вылезем из разрухи.

Один товарищ здесь говорил, что рабочие милитаризации не боятся, потому что лучшим рабочим надоело отсутствие порядка. Это совершенно верно. Рабочим надоела бесхозяйственность и они охотно примут руководство, способное навести порядок и насадить трудовую дисциплину в промышленности.

4. РЕЧЬ ПРИ ЗАКРЫТИИ КОНФЕРЕНЦИИ

23 марта

Товарищ Сталин в своем заключительном слове подводит итоги работ Всеукраинской конференции. Он дает оценку принятым решениям по разным вопросам и останавливается на принятых резолюциях по вопросу о работе в деревне и экономическом строительстве. Последний вопрос будет разрешен окончательно на IX съезде РКП [86].

– Важнейший вопрос в нашей политике – вопрос о работе в деревне, по-моему, разрешен правильно. Я считаю, что здесь, на Украине, мы переживаем ту же стадию развития деревни, какую Россия переживала год-полтора тому назад, когда Поволжье и многие места в центре России находились в полосе восстания. Этот период уйдет у вас в прошлое так же, как это имело место в России.

В нашей работе в деревне нам нужно опираться на бедняка. Середняк перейдет на нашу сторону только тогда, когда он убедится, что Советская власть сильна. Только после этого середняки перейдут к нам.

Исходя из этого положения, можно сказать, что революция, которую вы приняли, безусловно, правильна.

Есть другой важный вопрос, который был разрешен конференцией, – это вопрос о присоединении к нашей партии боротьбистов [87]. Боротьбисты – это такая партия, которая питалась соками деревни. Теперь, после слияния боротьбистов с нашей партией, мы сможем в полной мере осуществить союз пролетариата и деревенской бедноты. Сами знаете, что этот союз есть основа могущества и силы нашей Федеративной Республики.

Позвольте поздравить вас с плодотворной работой конференции.

Конференцию считаю законченной. (Аплодисменты.)

Печатается по записям секретариата

штаба Украинской трудовой армии

и газетному отчету харьковской

газеты “Коммунист” №№ 62, 64, 65 и 66;

18, 21, 23 и 24 марта 1920 г.