Тов. Афиногенов!
Идея пьесы богатая, но оформление вышло небогатое. Почему-то все партийцы у Вас уродами вышли, физическими, нравственными, политическими уродами (Горчакова, Виктор, Кулик, Сероштанов). Даже Рядовой выглядит местами каким-то незавершенным, почти недоноском. Единственный человек, который ведет последовательную и до конца продуманную линию (двурушничества) — это Накатов. Он наиболее «цельный».
Для чего понадобился выстрел Нины? Он только запутывает дело и портит всю музыку.
Кулику надо бы противопоставить другого
честного, беспорочного и беззаветно преданного делу
рабочего (откройте глаза и увидите, что в партии есть у нас такие рабочие).
Надо бы дать в пьесе собрание рабочих, где разоблачают Виктора, опрокидывают Горчакову и восстанавливают правду. Это тем более необходимо, что у Вас нет вообще в пьесе
действий
, есть только
разговоры
(если не считать выстрела Нины, бессмысленного и ненужного).
Удались Вам, по-моему, типы
отца, матери Нины
. Но они не доработаны до конца, не вполне скульптурны.
Почти у каждого героя имеется свой стиль (разговорный). Но стили эти не доработаны, ходульны, неряшливо переданы. Видимо, торопились с окончанием пьесы.
Почему Сероштанов выведен физическим уродом? Не думаете ли, что только физические уроды могут быть преданными членами партии?
Выпускать пьесу в таком виде нельзя.
Давайте поговорим, если хотите.
Привет!
И. Сталин
P.S. Зря распространяетесь о «вожде». Это не хорошо и, пожалуй, не прилично. Не в «вожде» дело, а в коллективном руководителе — в ЦК партии.
И. Ст
Власть и художественная интеллигенция. Документы 1917–1953. С. 192.
РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 1. Д. 5088. Л. 118–118 об.
Примечание
После высказанных замечаний А. Н. Афиногенов пьесу переработал и в ноябре 1933 года направил Сталину ее новый вариант, сопроводив следующим письмом: «Т. Киршон передал мне, что Вы остались недовольны вторым вариантом пьесы «Семья Ивановых» («Ложь»).

Прежде чем снять пьесу — хотелось бы показать Вам результаты работы над ней актеров МХАТ — 1-го и 2-го (в первых числах декабря с. г.). Если же Вы находите это излишним, — я немедленно сам сниму пьесу.

Прошу Вас сообщить мне Ваше мнение по данному вопросу». На письме Сталин наложил резолюцию: «Т. Афиногенов! Пьесу во втором варианте считаю неудачной. И. Сталин. 10.XI.33 г.» (РГАСПИ. Ф. 558. Оп. 1. Д. 4591. Л. 4).