Ответ т. М. Рафаилу

(Ленинград, Облпрофсовет)

Копия: Секретарю областкома ВКП(б) т. Кирову

Тов. Рафаил!

За недостатком времени отвечаю коротко:

1) Никакой аналогии нет и не может быть между выступлением ЦК в марте этого года против перегибов в колхозном движении и Брестским периодом или периодом введения нэпа. Там мы имели дело с поворотом в политике. Здесь, в марте 1930 г., не было никакого поворота в политике. Мы одернули зарвавшихся товарищей, – только и всего. Стало быть, все Ваши соображения, построенные на аналогии, хотя и неполной, отпадают.

2) Поворот в политике по вопросам колхозного движения (в связи с поворотом середняцких масс к колхозам) действительно был у нас, но не в марте 1930 г., а во второй половине 1929 г. Начало этого поворота в политике было положено еще на XV съезде нашей партии (см. резолюцию “О работе в деревне”).

Напорот этот принял чисто практический характер, как я уже говорил, в конце 1929 г. Вам должно быть известно, что ЦК дал новой политике четкое оформление и установил темпы колхозного движения для различных районов СССР в известном своем постановлении от 5 января 1930 г. Факты говорят, что это постановление ЦК оправдало себя целиком и полностью во всех пунктах.

Имело ли здесь место какое-либо отставание от хода движения со стороны ЦК? Я думаю, что поскольку речь идет о теоретическом предвидении и выработке соответствующей политической установки тут не было никакого отставания.

Имело ли место отставание со стороны значительных отрядов партии и отдельных членов ЦК в их практической политике? Безусловно, да В противном случае у нас не было бы борьбы за генеральную линию и против уклонов ни в партии, ни в самом ЦК.

3) Возможно ли, чтобы правящая партия сразу схватывала новые процессы, творящиеся в жизни, и так же сразу отражала их в своей практической политике? Я думаю, что невозможно. Невозможно, так как сначала бывают факты, потом их отражение в сознании наиболее передовых элементов партии, и только после этого наступает момент осознания новых процессов в головах массы членов партии. Помните Гегеля: “сова Минервы вылетает только ночью”? Иначе говоря: сознание несколько отстает от фактов.

Разница в этом отношении между поворотом в нашей политике во второй половине 1929 г. и поворотами во время Бреста и введения нэпа состоит в том, что во второй половине 1929 г. партия быстрее осознала новые процессы в объективной действительности, чем при поворотах во время Бреста и введения нэпа. Объясняется это тем, что партия за это время успела усовершенствоваться и ее кадры стали более чуткими.

С комм. приветом

И. Сталин

31 мая 1930 г.

Печатается впервые