Товарищи! Ввиду того, что тов. Молотов уже изложил здесь точку зрения делегации ВКП(б), мне придется сказать лишь несколько слов. Я думаю коснуться трех вопросов, вскрывшихся в процессе прений, да и то слегка.

Эти вопросы: проблема капиталистической стабилизации, проблема классовых боев пролетариата в связи с расшатывающейся стабилизацией и проблема германской компартии.

Я должен с сожалением констатировать, что по всем этим трем вопросам Эмбер-Дро и Серра, – оба они попали в болото трусливого оппортунизма. Правда, Эмбер-Дро высказался пока что лишь по вопросам формальным. Но я имею в виду его принципиальную речь на заседании Политсекретариата ИККИ, где обсуждался вопрос о правых и примиренцах в германской компартии. Я думаю, что эта именно речь и является идеологической основой той позиции, которую заняло на этом заседании меньшинство Президиума ИККИ. Поэтому нельзя обойти молчанием принципиальную речь Эмбер-Дро на заседании Политсекретариата ИККИ.

Я говорил, что Эмбер-Дро и Серра попали в болото трусливого оппортунизма. Что это значит? Это значит, что, кроме оппортунизма открытого, существует еще оппортунизм прикрытый, боящийся показать свое настоящее лицо. Это именно и есть оппортунизм примиренчества в отношении правого уклона. Примиренчество есть трусливый оппортунизм. Я должен, повторяю, с сожалением констатировать, что оба наши товарища попали в болото трусливого оппортунизма.

Позвольте продемонстрировать это на нескольких фактах.

I. Проблема капиталистической стабилизации

Коминтерн исходит из того, что нынешняя капиталистическая стабилизация есть стабилизация временная, непрочная, шаткая, гнилая, которая будет все более расшатываться в ходе дальнейшего развития капиталистического кризиса.

Это нисколько не противоречит тому общеизвестному факту, что капиталистическая техника и рационализация растут. Более того, именно на базе этого роста развертывается внутренняя гнилость и несостоятельность стабилизации.

А что сказал нам Эмбер-Дро в своей речи на Политсекретариате ИККИ? Он начисто отрицает там шаткость и непрочность стабилизации. Он прямо заявляет в своей речи, что “VI Всемирный Конгресс фактически осудил общую расплывчатую формулировку – гнилой, шаткой и т.д. стабилизации”. Он прямо заявляет, что в известном тезисе VI конгресса о третьем периоде нет ни слова о шаткости стабилизации. Можно ли считать правильным это утверждение Эмбер-Дро? Нет, нельзя. Нельзя, так как VI конгресс Коминтерна утверждает нечто прямо противоположное тому, о чем толкует в своей речи Эмбер-Дро. VI конгресс Коминтерна в абзаце о третьем периоде прямо говорит, что

“этот период (т.е. третий период. – И.Ст.) неизбежно ведет через дальнейшее развитие противоречий капиталистической стабилизации к дальнейшему расшатыванию (курсив мой. – И.Ст.) капиталистической стабилизации и к резкому обострению общего кризиса капитализма”[63].

Обратите внимание – “дальнейшее расшатывание стабилизации”... Что это значит? Это значит, что стабилизация уже теперь шатка и непрочна, что она в условиях третьего периода будет дальше расшатываться. А Эмбер-Дро позволяет себе издеваться над всеми теми, в том числе и над германской компартией, которые заявляют о шаткости и гнилости стабилизации, которые заявляют о том, что нынешняя борьба рабочего класса подтачивает и разлагает капиталистическую стабилизацию. Над кем издевается Эмбер-Дро? Ясно, что над решениями VI конгресса.

Выходит, что Эмбер-Дро под видом защиты решений VI конгресса Коминтерна ревизует на деле эти решения, скатываясь, таким образом, к оппортунистическому пониманию стабилизации.

Так обстоит дело с формальной стороной вопроса.

Перейдем теперь к разбору вопроса по существу. Если нельзя назвать нынешнюю стабилизацию ни шаткой, ни гнилой, ни непрочной, то какова же она в конце концов? Остается одно – признать ее прочной и во всяком случае крепнущей стабилизацией. Но если мы имеем дело с крепнущей стабилизацией капитализма, то к чему сводится тогда так называемый обостряющийся и углубляющийся кризис мирового капитализма? Не ясно ли, что для углубления капиталистического кризиса не остается здесь места? Не ясно ли, что Эмбер-Дро запутался в своих же собственных противоречиях?

Далее. Ленин говорил, что развитие капитализма в условиях империализма представляет двусторонний процесс: рост капитализма в некоторых странах, с одной стороны, загнивание капитализма в других странах, с другой стороны. Правилен ли этот тезис Ленина? И, если он правилен, не ясно ли, что капиталистическая стабилизация не может не быть гнилой?

Наконец, несколько слов о ряде всем известных фактов.

Мы имеем такие факты, как отчаянные схватки империалистических групп за рынки сбыта товаров, за рынки вывоза капитала.

Мы имеем такие факты, как бешеный рост вооружений в капиталистических странах, складывание новых военных союзов и явная подготовка к новым империалистическим войнам.

Мы имеем такие факты, как обострение противоречий между двумя гигантами империализма, между Америкой и Англией, старающимися вовлечь в свою орбиту все другие государства.

Мы имеем, наконец, такие факты, как существование Советского Союза, рост и преуспевание Советского Союза во всех областях строительства, и в области экономической, и в области культурно-политической, – Советского Союза, одно существование которого, не говоря уже об его росте, расшатывает и разлагает самые основы мирового капитализма.

Как могут марксисты, ленинцы, коммунисты утверждать после всего этого, что капиталистическая стабилизация не есть шаткая и гнилая, что она не расшатывается самим ходом вещей с каждым годом, с каждым днем?

Догадывается ли Эмбер-Дро, а вслед за ним и Серра, в какое болото они попадают?

С этой ошибкой связаны остальные ошибки Эмбер-Дро и Серра.

II. Проблема классовых боев пролетариата

Так же ошибочна позиция Эмбер-Дро в вопросе о классовых боях пролетариата в капиталистических странах, об их характере, об их значении. Из речи Эмбер-Дро на заседании Политсекретариата вытекает, что борьба рабочего класса, его стихийные схватки с капиталистами имеют в основном лишь оборонительный характер, что руководство коммунистических партий этой борьбой должно протекать лишь в рамках существующих реформистских профсоюзов.

Правильно это? Нет, неправильно. Утверждать это – значит тащиться в хвосте за событиями. Эмбер-Дро забывает, что борьба рабочего класса происходит теперь на базе расшатывающейся стабилизации, что бои рабочего класса носят нередко характер встречных боев, контрнаступления и прямого наступления на капиталистов. Эмбер-Дро не видит ничего нового в боях рабочего класса за последний период. Он не видит таких фактов, как всеобщая лодзинская забастовка, экономические забастовки за улучшение условий труда во Франции, Чехословакии, Германии, могучая мобилизация пролетарских сил в Германии в боях против локаута металлистов и т.д. и т.п.

О чем говорят эти и подобные им факты, о чем они сигнализируют? О том, что в недрах капиталистических стран нарастают предпосылки нового революционного подъема рабочего движения. Это и есть то новое, чего не видят, не замечают Эмбер-Дро и Серра и чего вообще никогда не заметят товарищи, привыкшие смотреть не вперед, а назад.

А что значит смотреть назад, а не вперед? Это значит тащиться в хвосте за событиями, не видеть нового в событиях и быть застигнутым врасплох. Это значит отказаться от руководящей роли коммунистических партий в рабочем движении. На этом именно и срезалось руководство германской компартии во время революции 1923 года. Поэтому, кто не хочет повторять ошибок 1923 года, тот должен будить мысль коммунистов и звать их вперед, тот должен готовить массы к надвигающимся боям, тот должен принять все меры к тому, чтобы коммунистические партии не оказались в хвосте событий и рабочий класс не был застигнут врасплох.

Крайне странно, что Эмбер-Дро и Серра забывают об этом.

В период рурских боев германские коммунисты констатировали известный факт, что неорганизованные рабочие оказались революционнее организованных в профсоюзы. Эмбер-Дро возмущен этим и утверждает, что этого не могло быть. Странное дело! Почему не могло быть? В Руре имеется около миллиона рабочих. Из них организовано в профсоюзы около двухсот тысяч. Профсоюзами руководят бюрократы-реформисты, связанные всеми нитями с классом капиталистов. Что же тут удивительного, если неорганизованные рабочие оказались революционнее организованных? Да разве могло быть иначе?

Я мог бы рассказать вам из истории революционного движения в России факты более “удивительные”. У нас нередко бывало, что массы оказывались революционнее своих (некоторых) коммунистических вождей. Это хорошо известно всем русским большевикам. Из этого именно и исходил Ленин, когда он говорил, что нужно не только учить массы, но и учиться у масс. Надо удивляться не этим фактам, а тому, что Эмбер-Дро не понимает этих простых вещей из области революционной практики.

То же самое надо сказать о Серра. Он не одобряет того, что германские коммунисты в борьбе за организацию локаутированных металлистов вышли из рамок существующих профсоюзов и расшатали эти рамки. Он видит в этом нарушение постановлений IV конгресса Профинтерна[64]. Он уверяет, что Профинтерн указал коммунистам работать” только внутри профсоюзов. Это чепуха, товарищи! Ничего подобного Профинтерн не указывал. Говорить так – это значит обречь компартию на роль пассивного зрителя классовых боев пролетариата. Говорить так – это значит похоронить идею руководящей роли компартии в рабочем движении.

Заслуга германских коммунистов в том именно и состоит, что они не дали себя запугать болтовней о “профсоюзных рамках” и перешагнули через эти рамки, организуя борьбу неорганизованных рабочих против воли профбюрократов. Заслуга германских коммунистов в том именно и состоит, что они искали и нащупали новые формы борьбы и организации неорганизованных рабочих. Возможно, что они наделали при этом ряд несущественных ошибок. Но новое дело никогда не обходится без ошибок. Из того, что мы должны вести работу в реформистских профсоюзах, если только эти профсоюзы являются массовыми организациями, – из этого вовсе не следует, что мы должны ограничивать свою массовую работу работой в реформистских профсоюзах, что мы должны стать рабами норм и требований этих союзов. Если реформистское руководство срастается с капитализмом (см. резолюции VI конгресса Коминтерна и IV конгресса Профинтерна), а рабочий класс ведет борьбу против капитализма, то можно ли утверждать, что борьба рабочего класса, руководимого компартией, может обойтись без известной ломки существующих реформистских рамок профсоюзов? Ясно, что нельзя утверждать этого, не впадая в оппортунизм. Поэтому вполне представима такая обстановка, при которой может оказаться необходимым создание параллельных массовых объединений рабочего класса, вопреки воле продавшихся капиталистам профсоюзных бонз. Мы имеем уже такую обстановку в Америке. Вполне возможно, что к этому же пойдет дело и в Германии.

III. Проблема германской компартии

Быть или не быть германской компартии, организованной и сплоченной, с внутренней железной дисциплиной, – так стоит вопрос, товарищи. Речь идет не только о правых или примиренцах, а о самом существовании германской компартии. Существует германская компартия. Но наряду и внутри германской компартии существуют две силы, которые разлагают партию изнутри и создают угрозу ее существованию. Это, во-первых, фракция правых, которая организует внутри компартии новую антиленинскую партию со своим центром, со своими органами печати и ломает изо дня в день ее дисциплину. Это, во-вторых, группа примиренцев, которая усиливает своими колебаниями фракцию правых.

Я не буду доказывать, что фракция правых рвет с марксизмом-ленинизмом и ведет отчаянную борьбу против Коминтерна. Это давно уже доказано. Я не буду также доказывать, что группа примиренцев нарушает известное постановление VI конгресса о систематической борьбе с правыми. Это тоже давно доказано. Речь идет теперь о том, что нельзя дальше терпеть подобное положение в германской компартии. Речь идет о том, что терпеть дальше такие “порядки”, когда правые отравляют атмосферу социал-демократическим идейным хламом и ломают систематически элементарные основы партийной дисциплины, а примиренцы льют воду на мельницу правых, – это значит идти против Коминтерна и нарушать элементарные требования марксизма-ленинизма.

Создалось такое положение (если не худшее), какое имело место в ВКП(б) в последнюю фазу борьбы с троцкизмом, когда партия и Коминтерн оказались вынужденными изгнать вон троцкистов из своих рядов. Это видят теперь все. Этого не видят, или делают вид, что не видят. Эмбер-Дро и Серра. Это значит, что они готовы поддерживать и правых и примиренцев, хотя бы ценой полного разложения германской компартии.

Выступая против исключения правых, Эмбер-Дро и Серра ссылаются на известное постановление VI конгресса о том, что правые уклоны должны преодолеваться в порядке идеологической борьбы. Это совершенно верно. Но эти товарищи забывают, что постановления VI конгресса вовсе не ограничивают борьбу коммунистических партий против правой опасности мерами идеологического порядка. Говоря о мерах идеологической борьбы с уклонами от ленинской линии, VI конгресс Коминтерна в своей резолюции по докладу Бухарина заявляет вместе с тем, что

“это не только не исключает, но и предполагает всемерное укрепление железной внутрипартийной дисциплины, безусловное подчинение меньшинства большинству, безусловное подчинение нижестоящих органов, а равно и других партийных организаций (фракции в парламенте, фракции в профсоюзах, пресса и т.д.) руководящим партийным центрам”[65] (курсив мой. – И.Ст.).

Крайне странно, что Эмбер-Дро и Серра забывают об этом тезисе резолюции VI конгресса Коминтерна. Крайне странно, что все примиренцы, и те, которые считают себя примиренцами, и те, которые отнекиваются от этого звания, систематически забывают в своих ссылках на резолюцию VI конгресса об этом важном тезисе Коммунистического Интернационала.

Как быть, если вместо всемерного укрепления железной внутрипартийной дисциплины мы имеем в германской компартии вопиющие факты самого бесцеремонного нарушения всякой дисциплины как со стороны правых, так и, отчасти, со стороны некоторых примиренцев? Можно ли терпеть дальше такое положение?

Как быть, если вместо безусловного подчинения нижестоящих органов, фракций в профсоюзах и некоторых органов партийной печати руководящему партийному центру мы имеем в германской компартии вопиющие факты самого грубого нарушения этого требования VI конгресса Коминтерна со стороны правых и отчасти некоторых примиренцев?

Можно ли терпеть дальше такое положение?

Вам известны условия приема в Коминтерн, утвержденные на II конгрессе[66]. Я говорю о 21 условии. В первом пункте этих условий сказано, что “периодическая и непериодическая печать и все партийные издательства должны быть всецело подчинены Центральному Комитету партии (курсив мой. – И.Ст.), независимо от того, является ли в данный момент партия в целом легальной или нелегальной”. Вы знаете, что правая фракция имеет в своем распоряжении два печатных органа. Вы знаете, что эти печатные органы не хотят и слышать о каком бы то ни было подчинении Центральному Комитету германской компартии. Спрашивается, можно ли терпеть дальше такое безобразие?

В 12-м пункте 21 условия говорится о том, что партия должна быть “организована наиболее централистическим образом”, что в ней должна “господствовать железная дисциплина, граничащая с дисциплиной военной” (курсив мой. – И.Ст.). Вы знаете, что правые в германской компартии не хотят признавать ни железной, ни какой бы то ни было другой дисциплины, кроме своей собственной,

фракционной дисциплины. Спрашивается, можно ли терпеть дальше это безобразие?

Или, может быть, вы скажете, что условия, утвержденные на II конгрессе Коминтерна, не обязательны для правых?

Эмбер-Дро и Серра кричат здесь о мнимых нарушителях решений Коммунистического Интернационала. Теперь мы имеем в лице правых настоящих (а не мнимых) нарушителей самых основ Коммунистического Интернационала. Почему же они молчат? Не потому ли, что под видом словесной защиты решений Коминтерна они хотят протащить защиту правых и ревизию этих решений?

Особенно интересно заявление Серра. Он божится и клянется, что он против правых, против примиренцев и т.д. Но какой же он делает из этого вывод? Вы думаете о борьбе, с правыми и примиренцами? Ничуть не бывало! Из этого он делает крайне странный вывод о том, что надо, по его мнению, реорганизовать существующее Политбюро ЦК германской компартии.

Вы только подумайте: Политбюро ЦК КПГ ведет решительную борьбу с правой опасностью и с колебаниями примиренцев; Серра стоит за борьбу с правыми и примиренцами; поэтому Серра предлагает не трогать правых и примиренцев, ослабить борьбу с правыми и примиренцами и изменить состав Политбюро ЦК КПГ в духе примиренчества. Это называется “вывод”!

Да простит мне Серра, если я скажу здесь без обиняков, что его позиция в данном вопросе напоминает позицию провинциальных адвокатов, пытающихся представить белое черным, а черное белым. Это и называется у нас адвокатской защитой оппортунистических элементов.

Серра предлагает реорганизовать Политбюро ЦК КПГ, т.е. вывести кого-либо оттуда и ввести других, заменить их другими. Почему не говорит Серра прямо и открыто – кем заменить. (Серра: “Теми, кого хотел VI конгресс Коминтерна”.) Но VI конгресс вовсе не предлагал реабилитации примиренцев. Наоборот, он обязывает нас вести систематическую борьбу с примиренчеством. И именно потому, что этого обязательства не выполнили примиренцы, именно поэтому мы имеем после VI конгресса известное рвение Президиума ИККИ от 6 октября 1928 года о правых и примиренцах. Серра думает взять на себя роль единственного истолкователя решений VI конгресса. Такую претензию Серра ни в коем случае нельзя считать обоснованной. Истолкователем решений VI конгресса является Исполком Коминтерна и его Президиум. Я вижу, что Серра не согласен с решением Президиума ИККИ от 6 октября, хотя он не заявлял об этом прямо.

А вывод какой? Вывод один: позиция Эмбер-Дро и Серра в вопросе о германской компартии есть позиция трусливой, адвокатской защиты правых против КПГ и Коминтерна.

IV. Правые в КПГ и в ВКП(б)

Я узнал сегодня из речей некоторых ораторов, что некоторые германские примиренцы ссылаются в свое оправдание на мою речь на ноябрьском пленуме ЦК ВКП(б) (см. настоящий том, стр. 245–290. – Ред.) в вопросе о методах борьбы с правыми элементами. Как известно, я утверждал в своей речи (она опубликована), что на данной стадии развития борьбы с правой опасностью внутри ВКП(б) основным методом борьбы является борьба идеологическая, что не исключает применения организационных выводов в отдельных случаях. Я обосновывал этот тезис тем, что правые в ВКП(б) еще не скристаллизовались, не представляют группировки или фракции и не дали еще ни одного случая нарушения или невыполнения решений ЦК ВКП(б). Я утверждал в своей речи, что если правые перейдут на позицию фракционной борьбы и станут нарушать решения ЦК ВКП(б), с ними будет поступлено так же, как поступили с троцкистами в 1927 году. Кажется, ясно. Не глупо ли после этого ссылаться на мою речь как на аргумент в пользу правых в Германии, где правые уже перешли на фракционные методы борьбы и систематически нарушают решения ЦК КПГ, или как на аргумент в пользу примиренцев в Германии, где они не порвали еще и, видимо, не хотят порвать с фракцией правых? Я думаю, что ничего глупее этой ссылки нельзя себе представить. Только люди, порвавшие с логикой, не могут понять всей глубины той разницы, какая существует между положением правых в ВКП(б) и положением их в КПГ.

В самом деле. Правые в ВКП(б) не представляют еще фракции, и они, бесспорно, лояльно выполняют решения ЦК ВКП(б). Правые в Германии, наоборот, уже имеют фракцию с фракционным центром во главе и систематически топчут ногами решения ЦК КПГ. Не ясно ли, что методы борьбы с правыми в данный момент не могут быть одинаковыми в этих двух партиях?

Далее. У нас в СССР не имеется социал-демократии как организованной и серьезной силы, могущей питать и стимулировать правую опасность в ВКП(б). В Германии, наоборот, возле компартии существует более сильная и довольно крепко организованная социал-демократическая партия, питающая правый уклон в германской компартии и превращающая его объективно в свою агентуру. Не ясно ли, что только слепые могут не замечать всей разницы ситуации в СССР и в Германии?

Наконец, еще одно обстоятельство. Наша партия выросла и окрепла в жесточайших боях с меньшевиками, причем бои эти имели в продолжение нескольких лет форму прямой гражданской войны с ними. Не забудьте, что мы, большевики, свергали в Октябре меньшевиков и эсеров, как левое крыло контрреволюционной империалистической буржуазии. Этим, между прочим, и объясняется, что нигде, ни в одной компартии в мире традиции борьбы против открытого оппортунизма не сильны в такой степени, как в ВКП(б). Достаточно вспомнить о московской организации, особенно о Московском комитете, где имели место известные примиренческие колебания, достаточно вспомнить о том, как партийные рабочие в Москве в каких-нибудь два месяца одним ударом выправили линию Московского комитета, – достаточно вспомнить все это, чтобы понять, до чего сильны в нашей партии традиции борьбы против открытого оппортунизма.

Можно ли то же самое сказать о германской компартии? Вы наверное согласитесь со мной, что, к сожалению, нельзя этого сказать. Более того, мы не можем отрицать, что компартия в Германии далеко еще не освободилась от социал-демократических традиций, питающих правую опасность в КПГ. Вот вам условия в Германии и условия в СССР, говорящие о том, что различие условий диктует различие методов борьбы с правой опасностью в ВКП(б) и КПГ.

Только люди, лишенные элементарного чутья марксиста, не могут понять этой простой вещи.

В комиссии ноябрьского пленума ЦК ВКП(б) по выработке резолюции[67] было предложение со стороны одной группы товарищей распространить основные положения резолюции и на другие секции Коминтерна, в том числе и на германскую секцию. Мы отвергли это предложение, заявив, что условия борьбы с правой опасностью в КПГ кардинально отличаются от условий борьбы в ВКП(б).

V. О проектах закрытого и открытого письма

Два слова насчет проектов резолюций, внесенных комиссиями ИККИ. Серра считает, что проекты эти носят характер провинциальных резолюций. Почему, спрашивается? Потому, оказывается, что в проекте открытого письма нет анализа политической обстановки, порождающей правую опасность.

Это смешно, товарищи. Такой анализ имеется у нас в решениях VI конгресса. Нужно ли его повторять? Я думаю, что не следует повторять. Собственно говоря, мы могли бы ограничиться короткой резолюцией о правых, которые систематически нарушают решения VI конгресса и подлежат поэтому исключению, и о примиренцах, которые не ведут борьбы против правых и потому заслуживают того, чтобы сделали им серьезнейшее предупреждение.

Если мы, однако, не ограничились короткой резолюцией, то это для того, чтобы разъяснить рабочим сущность правого уклона, показать им настоящее лицо Брандлеров и Тальгеймеров, показать им, что они представляли собой в прошлом и что представляют теперь, показать, как долго щадил их Коминтерн, надеясь исправить их, показать, как долго терпели их в своей среде коммунисты и почему нельзя терпеть дальше существования таких людей в составе Коминтерна.

Вот почему проект резолюции получился более пространный, чем этого можно было ожидать с первого взгляда.

Тов. Молотов уже говорил здесь, что делегация ВКП(б) присоединяется к этим проектам резолюции. Я могу лишь повторить заявление тов. Молотова.

“Большевик” № 23–24,

1928 г.